Предыстория

Компания Гентис
(Gentis.ru)
ДНК-генеалогическое тестирование
в России

Регистрация или вход Главная | Личный кабинет | Рекомендовать | Обратная связь | В избранное | Сделать домашней
 FAQFAQ    ПоискПоиск    ПользователиПользователи    ГруппыГруппы   ПрофильПрофиль    Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения    ВходВход 

Петровский Завод - Петровск-Забайкальский
На страницу Пред.  
1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16  След.

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Предыстория -> Историко-культурологический форум
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Александр_Турушев
Местный
Местный


Зарегистрирован: Nov 21, 2007
Сообщения: 316
Откуда: Камчатка

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 04, 2010 11:19 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
taiohara
Местный
Местный


Зарегистрирован: Mar 10, 2007
Сообщения: 483
Откуда: г. Калининград

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 04, 2010 12:19 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Спасибо за уточнения.
а улица Красная - это рядом с Дамской? Или ул. Красная за декабристским кладбищем находится? Знаю, что Верхне Красная - там.

Жалко, что нет карты Петровск-Забайкальского. Даже в Гуглевской - старый район, тот что за кладбищем декабристов - почему-то смазан.
Да и на Гугловской улицы не подписаны.

_________________
Разыскиваю забайкальских Добрыниных, особенно связанных корнями с Петровск-Забайкальском, Хилком и Улан-Уде
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить E-Mail
taiohara
Местный
Местный


Зарегистрирован: Mar 10, 2007
Сообщения: 483
Откуда: г. Калининград

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 04, 2010 12:27 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Ещё одна фотография педагогического училища.



А что в этом доме размещалось раньше?

_________________
Разыскиваю забайкальских Добрыниных, особенно связанных корнями с Петровск-Забайкальском, Хилком и Улан-Уде


Последний раз редактировалось: taiohara (Ср Ноя 24, 2010 10:18 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить E-Mail
Александр_Турушев
Местный
Местный


Зарегистрирован: Nov 21, 2007
Сообщения: 316
Откуда: Камчатка

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 04, 2010 12:27 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

taiohara,
Улица Красная ниже кладбища, я точно не помню , но кажется она начинается от Дамской проходит мимо старого завода под железной дорогой и дальше. Здание педучилища после ж/дороги первое справо, кладбище сразу за ж/д ( то есть межбу ж/д и педучилищем , но метров на 100 - выше на склоне.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Александр_Турушев
Местный
Местный


Зарегистрирован: Nov 21, 2007
Сообщения: 316
Откуда: Камчатка

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 04, 2010 12:33 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

taiohara,
Наверное это здание построики 30-х годов.(примерно так же выглядит и Петровское медучилище) в этом педучилище в годы войны училась моя мачеха Семенова Евгения Петровна, а в 1973-1975 годах моя жена Белых Любовь Николаевна, она родом их Новой Курбы Заигранвского района Бурятии, на квартире жела в по адресу ул. Лебедева 1, на моем фото с педучилищем - этого дома уже нет
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
taiohara
Местный
Местный


Зарегистрирован: Mar 10, 2007
Сообщения: 483
Откуда: г. Калининград

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 04, 2010 12:42 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой


А на каких улицах декбристская тюрьма была?
Я так полагаю, остаток забора - это от нее и где-то там рядом?

Фрагмент сохр.палисада ограж.тюрьму декабристов



Вот, нашла про тюрьму со схемой:




вид на дамскую улицу. На месте домика с голубыми ставнями и был дом Муравьёвой


Репродукция с акварели Бестужева: "вид на Дамскую улицу. 1835г"


_________________
Разыскиваю забайкальских Добрыниных, особенно связанных корнями с Петровск-Забайкальском, Хилком и Улан-Уде


Последний раз редактировалось: taiohara (Пт Ноя 05, 2010 11:50 pm), всего редактировалось 3 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить E-Mail
Александр_Турушев
Местный
Местный


Зарегистрирован: Nov 21, 2007
Сообщения: 316
Откуда: Камчатка

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 04, 2010 1:13 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Сейчас эта стена стоит рядом с домом Трубецких, судя по ситуционному плану Петровскокого завода тюрьма располагалась несколько дальше. Опять же на этом плане на месте нынешнего дома Трубецих обозначена под №7 усадьба К. Ивашевой, а усадьба Трубецких (№5) отмечена на месте старой автостанции, рядом с усадьбой А.Г.Муравьевой( это угол Дамской и Декабристов), на моем фото дом на этом углу под номером 10 на Дамской улице
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Александр_Турушев
Местный
Местный


Зарегистрирован: Nov 21, 2007
Сообщения: 316
Откуда: Камчатка

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 05, 2010 12:27 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Вот разгадка дома Трубецких и интересная информация о субьде Покровской церкви. Эта почта по-моему до сих пор действует, а вот то что она перестроена из церкви, я обратил внимание только сейчас, хотя перечитывал воспоминания Сутуриной не единыжды
taiohara писал(а):


В 30-х годах дом Трубецкой перенесли на улицу Декабристов в торец улицы Дамской и первое время в этом доме была почта и Сберкасса пока из церкви не построили почту на улице Горбачевского, а конный двор перевели на освободившуюся усадьбу дома Трубецкой с удобным выводом лошадей на водопой к речке. "

вURL]


А на месте конного двора позднее видимо и была построина автостанция
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
taiohara
Местный
Местный


Зарегистрирован: Mar 10, 2007
Сообщения: 483
Откуда: г. Калининград

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 05, 2010 1:16 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой


современная почтовая улица


Синагога. В наши дни в этом здании находится Налоговая инспекция


улица Пушкина


подпись под фотографиями: начало ХХ века. На переднем плане Петрозаводское одноклассное училище. Далее видна синагога.
2009 г. Тоже самое место. Бывшая синагога лишена купола.


обратите внимание: какие красивые ворота были у одноклассного училища.

_________________
Разыскиваю забайкальских Добрыниных, особенно связанных корнями с Петровск-Забайкальском, Хилком и Улан-Уде


Последний раз редактировалось: taiohara (Пн Авг 08, 2011 4:19 pm), всего редактировалось 5 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить E-Mail
taiohara
Местный
Местный


Зарегистрирован: Mar 10, 2007
Сообщения: 483
Откуда: г. Калининград

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 05, 2010 1:22 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой


вид на старую часть города



вид с кладбища декабристов 1934


современный вид с кладбища

_________________
Разыскиваю забайкальских Добрыниных, особенно связанных корнями с Петровск-Забайкальском, Хилком и Улан-Уде
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить E-Mail
Александр_Турушев
Местный
Местный


Зарегистрирован: Nov 21, 2007
Сообщения: 316
Откуда: Камчатка

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 05, 2010 2:28 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

taiohara писал(а):
[i]
Жены приехав в Петровск раньше построили и купили себе дома. Жен было 10 человек и прожили они в Петровске 9 лет. За это время ежегодно уезжало несколько осуждённых с семьями на поселение в Западную Сибирь.
Дом Трубецкой стоял на углу ул. Декабристов и Дамской ул. во дворе,
дом Волконской рядом с Трубецкой, тоже во дворе. Дом Анненковой рядом с домом Волконской, дом Муравьёвой напротив дома Трубецкой.



После выезда их дома, как писал И.И.Горбачевский Е. П.Оболенскому, были заняты: дом Муравьёвой - казармой солдат, дом Трубецкой – квартирой управляющего, в доме Волконской была школа.

Она просуществовала до 1950-х годов, называлась «жёлтой» - её стены были покрашены охрой. В этой школе училась я и мои старшие дети.

В доме Анненковой была контора завода, а потом на территории бывшей тюрьмы завод построил новую контору, а в 30-х годах в доме Анненковой была какая-то контора, и в одной комнате музей.
В доме Муравьевой в 30 г., где сейчас рынок, был заводской конный двор для в котором держали лошадей, особенно битюгов, которые возили руду, древесный уголь наверх, в долину.

В 30-х годах дом Трубецкой перенесли на улицу Декабристов в торец улицы Дамской и первое время в этом доме была почта и Сберкасса пока из церкви не построили почту на улице Горбачевского, а конный двор перевели на освободившуюся усадьбу дома Трубецкой с удобным выводом лошадей на водопой к речке.

Дом Муравьевой убрали и сделали рынок. После Базарной площади в центре города рынок сделали по ул. Большой (теперь им. И.И. Горбачевского) около домов Милиции и НКВД что напротив памятника революции.
Дом Волконской уже после войны снесли, а на его территории построили пионерский клуб, только с выходом на ул. Декабристы. Конный парк после войны перевели на Водострой.

Если ориентироваться по масштабу этого плана, то стена тюрьмы сейчас вполне возможно находится на своем историческом месте. А вот с усадьбой Муравьевой, что-то не понятно, рынок и сейчас и в 60-х годах располагался на противоположной стороне Дамской улицы, там где обозначена усадьба Давыдовой.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Wings
Забайкальский казак
Забайкальский казак


Зарегистрирован: Sep 17, 2006
Сообщения: 2395
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 05, 2010 5:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

taiohara, Александр_Турушев,
очень интересно получается!
спасибо! жду продолжения расследования.

_________________
Белокрылов Иван Александрович.
Белокрыловы (Красноярово, Ара-Иля), Березины (Шахтама, Казаково, Баньщиково), Рукосуевы (Ара-Иля), Слепковы (Баньщиково, Шахтама)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
taiohara
Местный
Местный


Зарегистрирован: Mar 10, 2007
Сообщения: 483
Откуда: г. Калининград

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 05, 2010 9:51 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

спасибо!
Рассказывая о Петровском Заводе, нельзя избежать рассказа о декабристах.

Хочу начать с долгожителя - с Ивана Ивановича Горбачевского.


Наткнулась на книжку о нём:


"Никогда никого не забуду. Повесть об Иване Горбачевском "
Рассадин Станислав Борисович.
   М.: Политиздат, 1987.-- (Пламенные революционеры).


«Живу по-прежнему в Заводе… Лампада горит по-прежнему… Никогда никого не забуду, — и кто мне говорит о старом и бывалом, кто говорит о моих старых знакомцах-сотоварищах, тот решительно для моей душевной жизни делает добро».
из письма И. И. Горбачевского — И. И. Пущину


Книга основывается на записках некоего ссыльного Г. Р. Кружовникова (кто такой? - не нашла информации)

из записок Кружовникова:

-То, что и славен и близок, мне приоткрылось в самый первый день по прибытии сюда, в Петровский Завод, — «по прибытии для отбытия». Заботливый Вергилий из нижних полицейских чинов ведет меня на квартирку, куда не менее заботливое начальство его соблаговолило приткнуть новопоселенца Гаврилу Кружовникова. Шагаем мы с ним — он шагает, я тащусь, — и усатый, как говаривали в старину, водитель, приметив в ведомом одышливость, утешает, чем может:
— Небось, ваше благородие, уж недалече. Вот до Иван Иваныча дойдем, поворотим, а там рукой подать…
И видя, что я кручу головой в поисках столь непонятной для меня вехи, присовокупляет — да еще с такой изумленной укоризною, будто мы шагаем-тащимся не по кособокой улочке, которая, получив гордое имя: Большая, от этого не стала кособочиться меньше; нет, будто шествуем по Тверской или Невскому, и я, вахлачина приезжий, не возьму в толк, что дом, на который мне указывают, есть нечто такое, о чем не знать даже и неприлично. Английский клуб, допустим. Или того пуще — Аничков дворец. Поясняет — словом:
— Да не дотуль, куда глядишь! Досямес! Иван-то Иваныч — эва, матерный!


улица Горбачевского, бывшая "Большая"


«Это же по-каковски?» — чуть не поперхнулся я. Но смолчал. Из-за той же одышки, которой нелегко достались петровские бугры, да и по причине другого недуга, неодолимой застенчивости, — и без того уже я угодил у моего провожатого в провинциальные недотепы.
Вскоре, однако, все объяснилось само собой. В переводе с забайкальского на санкт-петербургский сие означает всего лишь:
— Да не до того места, куда глядишь! До этого! Иван-то Иваныч — то есть понимай: дом-то Ивана Иваныча — вон тот, большой!


дом Горбачевского на бывшей улице Большой


Весь Завод им до сей поры… чуть не сказал: населен, да почему б и не сказать? Больше того, перенаселен, и, куда ни сунься, с кем ни разговорись: «Иван Иваныч… с Иван Иванычем… ежели бы Иван Иванычу…»
И то, что меня сильнее всего зацепило:
— При Иване Ивановиче не смели лгать.

_________________
Разыскиваю забайкальских Добрыниных, особенно связанных корнями с Петровск-Забайкальском, Хилком и Улан-Уде


Последний раз редактировалось: taiohara (Пт Ноя 05, 2010 11:08 pm), всего редактировалось 5 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить E-Mail
taiohara
Местный
Местный


Зарегистрирован: Mar 10, 2007
Сообщения: 483
Откуда: г. Калининград

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 05, 2010 10:30 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Из газеты «Голос» № 169 от 11 июля 1869 года:
«Мы получили следующий некролог из Сибири:
Хотя несколько поздно, но тем не менее мы считаем долгом заявить об утрате, понесенной в нынешнем году Восточной Сибирью, в лице одного замечательного обитателя этой страны и уважаемого в этом крае общественного деятеля: 20 февраля 1869 года в Петровске скончался Иван Иванович Горбачевский.
Малоросс по происхождению, Горбачевский в молодости своей служил подпоручиком в Черниговском полку и, будучи членом Южного общества, решением Верховного уголовного суда в 1826 г. был приговорен к смертной казни — отсечением головы. Но приговор этот был заменен пожизненною каторжною работою, которая, однако, впоследствии была заменена пятнадцатилетним сроком. По отбытии этого срока в 1840 г. в Петровском остроге, в Восточной Сибири, Горбачевский, вместо того, чтобы последовать за своими товарищами по общему с ним несчастию на поселение в какой-либо из городов Сибири, предпочел остаться поселенцем в Петровске.
Здесь он и пробыл двадцать девять лет. В 1856 году Горбачевский, вместе с прочими декабристами, получил полное прощение и возвращение прав по происхождению. В течение этого времени он сделался известен во всей Восточной Сибири: его прекрасный характер, обширный ум и благородное сердце, направленные на бесчисленные дела благотворения, приобрели ему в крае всеобщее уважение… Учреждение училищ, вопрос об улучшении положения заводских рабочих, а также разные предприятия, имевшие целью оживить местную торговлю и промышленность в видах улучшения нравственного и материального благосостояния населения, — все это находило в Горбачевском самый живой отклик и сочувствие. Все свои скудные достатки он обращал на добрые дела, причем нельзя не заметить, что мягкостью и добродушием его зачастую пользовались во зло некоторые лица.
Все, от последнего заводского рабочего до генерал-губернаторов Восточной Сибири, чтили и уважали в Горбачевском честного человека…
В лице Горбачевского скончался последний декабрист, оставшийся еще в Сибири».
Подписано — «М»

Смерть произошла от фистулы в боку, которая была вызвана ущемлением кишки (точнее выразиться не умею).
Последние недели Иван Иванович мучился страшно, испытывал колики, частые приступы рвоты, не ел ничего, не спал, но мысль его оставалась ясной.
Предвидя скорый конец, он загодя купил для поминок по себе рыбы и еще какой-то снеди, на какую хватило средств. Гроб делали на казенный счет, могила же тут, в Заводе, бесплатная

Похоронили его, как он и хотел, не на заводском кладбище, но поодаль, на вершине холма, чтобы он (собственные слова Горбачевского, сказанные купцу Борису Васильевичу Белозерову) мог видеть оттуда улицу, на которой ему как ни худо, а все-таки жилось.


могила Горбачевского.


Свои бумаги и письма Иван Иванович перед смертью жег. Это свидетельство Александры Луцкиной, бывшей — так, по крайней мере, уверяют, — внебрачной дочерью покойного декабриста.

Ей же с братом ее Александром завещан дом и деньги, которых оказалось четырнадцать рублей.
Дом вскоре продан, а с деньгами Горбачевский вечно маялся; даже с врачом, который пользовал его в последние дни, был принужден расплачиваться книгами.

Из всего, чем владел покойный, драгоценностей (решусь на велеречивый слог) было три, и первая — его библиотека. Да если б его!
То-то и дело, что она составилась из книг многих и многих товарищей, которые, покидая петровскую каторгу, дарили их остающемуся. И если всякое книжное собрание есть лицо и душа собирателя, то это было лицо и душа целого содружества.

Нету собрания. Самих книг — нету! Первым начал их пропивать забулдыга библиотекарь (мстительно пишу его фамилию и трижды подчеркиваю: Малков!!!), а то, что он не пропил, раскурили благодарные читатели. Да, да, так и есть, тут не до каламбуров: растащили, сердяги, на курево!..

У Горбачевского сберегались портреты декабристов, писанные его другом Николаем Бестужевым, — кажется, около семидесяти. Со слов Александры Луцкиной, произошло с ними нижеследующее. Умирая, отец передал портреты ей, сказав: «Теперь у тебя будет кусок хлеба». Она и хранила их в сундуке, под замком, пока брат Александр, горчайший пропойца (клеваха — учусь, учусь по-забайкальски, утешает и утишает), не подобрал ключа и не выкрал всех портретов, намереваясь, понятно, пропить.

К счастью, помянутый приятель Горбачевского купец Белозеров успел их перекупить у Александра, дав ему пятьдесят целковых. Где портреты нынче, мне в точности неизвестно; говорили, что в Кяхте, у кого-то из тамошних просвещенных миллионеров.

Наконец, третье.
Как святыней, дорожил Горбачевский головной щеткой, которую, прощаясь, подарил ему казненный Сергей Муравьев-Апостол. Он пронес ее даже сквозь обыски Петропавловской крепости, впрочем, как видно, не по-нынешнему нестрогие: прятал под шинелью. По слухам, сулили ему за нее немалые деньги, но он, жестоко нуждаясь, не согласился.
Щетка исчезла бесследно.

Пора наконец описать то матерное строение, с которым меня познакомил мой полицейский вожатый.


дом Горбачевского, на бывшей Большой улице - сейчас библиотека.


И впрямь — внушительного размера и объема. Изба избой, но сложена из бревен, могучих, словно дорические колонны, уж не знаю, какого именно происхождения: лиственница ли это или сосна здешней породы. Попросился у новых хозяев взойти во двор — и он обширен и скорее похож на двор этапных острогов. По этому ли сходству или по иной причине при всем просторе остается ощущение неволи.

Пустили, спасибо, и в комнаты. Мебель, оставшаяся по большей части, как мне сказали, еще от Ивана Ивановича, напомнила мне ту, что была у гоголевского Собакевича: вся будто с маху сработана — бац! бац! — одним только плотницким топором. Огромен стол. Беленая голландская печь тоже весьма обширна. И все эти размеры странным образом угнетают… Или это я внес с собою в дом свое тягостное чувство?

разглядываю дагерротип Горбачевского.

Опять и сразу вспомнил Гоголя, у которого мебель как бы кричит: и я Собакевич! и я похож на Собакевича! Разумеется, не имею в виду ни малейшего уничижения — да и кому меня в этом подозревать? — но и вправду Иван Иванович словно рубил дом и ладил столы и стулья по своему образу и подобию.
Крупная голова на крупном туловище. Волосы, усы, бакенбарды, почти сросшиеся под подбородком и больше зхожие на бороду, — все это мало сказать густое — дремучее какое-то, способное само по себе устрашить. Гривастый лев, да и только. Или, изъясняясь не столь зоологически, отставной корпусной командир, только не из нынешних и не из николаевских, не из тех, что усвоили манеру и внешность века, всех причесавшего под одну гребенку, а еще необнемеченный. Не укрощенный. Александровских времен, ермоловских кровей.




И снова все, что с ним и на нем, под стать ему. Лорнет, больше похожий на портновские ножницы. Сюртук, тяжелый, будто кольчуга, потянувшая на иртышское дно Ермака Тимофеевича. Чубук — толстый, как бильярдный кий, и сами пальцы, его обхватившие, тоже толстые, заскорузлые, узловатые в суставах. Руки словно разбиты, расплющены работой, хотя Иван Иванович самолично ремеслами, кажется, не занимался.

Алексеев — выученик его и прочих декабристов, открывших в Петровском Заводе школу. Он из наибеднейшей семьи, но с помощью добровольных своих учителей окончил курс в Нерчинском горном училище, после сам учительствовал здесь же, в Заводе, теперь, как сказано, секретарствует. Человек порядочный и милый, помнящий старое добро.

Не он один помнящий:
— Иван-то Иваныч? Кому ж знать, как не нам? Годявый господин, а маракун — вострее его по всей Сибири не сыскать. Только по правде ежели… Прост был. Ровно робенок. Всякому куранту верил. За мельничное дело было брался, так кто ни попросит, сейчас: на, бери. Ну, а мужички наши, конечное дело… Нет, сам я в те поры мал был, аршин с шапкой, а другие, те, чего греха таить, пользовались. В долг-то возьмут, а отдать тужатся. Обожди, дескать, Иван Иваныч, до осени.

А осень пройдет, весна накатит, опять новая нуда. Опять к кому? К нему, конечное дело.
Как бы, Иван Иваныч, мучкой разживиться? Робята голодны, есть просят.
И точно, бедность. Тот, бывало:
— Да что ж, матушка ты моя…
Он, смех вспомнить, мужичков и тех матушкой величал.
— Что ж, матушка моя, да ведь ты за старую муку, кажись, не уплатил? Как же я-то буду? Мне самому надо пшеницу купить, где ж я денег возьму?
— Нет, Иван Иваныч, — это мужик, значит, Иван Иванычу, — я, — говорит, — вам все старое уплатил. Намедни последние два пуда отдал.
— Что-то не помню, матушка ты моя. А вот погоди, у меня где-то тут записано.

И точно, записано, только где? Не поверишь, на стенке. Да чем? Мелом. Ну, конечное дело, пока Иван Иваныч к цифири своей подойдет, мужик, не будь мордофиля, спиной-то по ней поелозит, глядь, и долга никакого нету.
Тот стекла свои наставит, поглядит, поглядит:
— Да, — говорит, — что-то не найду.
— Отдал, Иван Иваныч, видит бог, отдал!
— Ну, коли нет записи, значит, отдал. Бери мешок, что с тобой делать?
Так, конечное дело, всего своего обзаводу и лишился. Как у нас говорят, заробил два белых, а третий как снег.
— А все ж баарин был. Чистый барин! Он и давал-то, как барин. Иной раз попросишь чего, а у него у самого нету, ну, ты и скажи: ступай, мол, с богом, на нет и суда нет. Так ведь застыдится, ровно ты его за срамным делом застал. Но уж коли давал, так давал. Не щепотью — широко давал. Сказано: барин!

Будучи родом из-под Нежина (и восходя по отцу к запорожцам, что, как говорят, по-детски ему льстило), Горбачевский изъяснялся без малейшего малороссийского выговора. Да и годы пребывания в Сибири не оставили следа на его чистейшем говоре, истинно русском, важном, вальяжном, таком, какой встречается (увы, встречался) разве у старых бар.

Сам Алексеев, это мне рассказавший, не может о том судить как человек, родившийся и созревший в Забайкалье, но, замечает он, приезжавшие из России не раз удивлялись, слушая Ивана Ивановича.

_________________
Разыскиваю забайкальских Добрыниных, особенно связанных корнями с Петровск-Забайкальском, Хилком и Улан-Уде
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить E-Mail
taiohara
Местный
Местный


Зарегистрирован: Mar 10, 2007
Сообщения: 483
Откуда: г. Калининград

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 05, 2010 11:23 pm    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

ИЗ ТЕТРАДИ Г. Р. КРУЖОВНИКОВА Продолжение

Заношу в тетрадь беседу с г-жой Е. О. Д.
— Когда в 1854-м… Да, кажется, именно тогда к нам в Завод приезжал с супругой граф Муравьев-Амурский, он спрашивал о Горбачевском. Я девочка была, но помню:
— Что поделывает наш косматый дикарь?
Так, вообразите, его называли, — разумеется, шутя.

А говорили, что, когда Иван Иванович служил в Петербурге, в Преображенском полку, он был истинный кумир у девиц и дам очень высокого положения. Красавец был, щеголь, дуэлянт. И даже многие великосветские барышни на него заглядывались и тайком вздыхали о нем.

Я, помню, спросила его:
— Иван Иванович, отчего вы не возвращаетесь в Петербург?
А он:
— Лучше быть первым в деревне, чем в столице последним!
Вот был какой. Но я никогда, никогда не могла понять, отчего он все-таки не возвращается. Ведь у него там были такие связи…


Пишу с отчаянием, так, что чуть не ломается перо: У Горбачевского были записки! БЫЛИ!!! Это, по всей видимости, достоверно: сам рассказывал Алексееву, что написал порядочную тетрадь, но в один прекрасный… кой черт!., несчастный день собрался куда-то уехать надолго, подумал, кому бы рукопись поручить, и, не надумав, взял да и швырнул в топящуюся печь.

Вот и все. А сколько и чего мог припомнить и собрать этот вечный затворник, испытавший оба вида затворничества: сперва казенный ключ торчал в запоре с внешней стороны, потом его собственный ключ — с внутренней. У такого человека просто не могло не быть, как кто-то сказал, обратного ока.


«В Петровском было около двух тысяч жителей…»
Делая эту выписку, не утерплю щегольнуть сугубой точностью: недаром же тяну я усердную лямку в заводской конторе, став чем-то вроде ее архивариуса.



В Петровском Заводе, он же Петровский, он же Петровск, он же при случае просто Завод, при переводе в него декабристов жителей было ровным счетом 2035. Жилых домов считалось 368. Из них казенных — 14, обывательских — 354.

«…Четвертую часть этого населения составляли чиновники, горные служители, служащие и отставные разночинцы, солдаты горного ведомства, старики, выслужившие сроки в работах и т. д. Остальные, т. е. ¾, были ссыльно-рабочие или каторжники, сосланные за важные преступления и наказанные кнутами, со штемпельными знаками, одним словом, люди, по своему преступлению и в особенности по наказанию исключенные навсегда из общества, а потому и естественные враги его».

«Сибирь и каторга» Сергея Максимова — он успел застать Горбачевского, и говорил с ним, и описал. Жаль, бегло.

Еще книга, где рассказывается о Петровском Заводе: «Воспоминания декабриста А. Беляева о пережитом и перечувствованном. Санкт-Петербург. Издание А. С. Суворина. 1882».

Имел беседу с Алексеевым, моим знакомцем.
— Мы, молодые, на Ивана Ивановича чуть не молились. И он нас любил. Учил. Книги давал читать и сам для нас переводил — Руссо, Вольтера. «Орлеанскую деву» Шиллерову, вообразите, всю перевел. Зато уж и мы ему тем отвечали. Хотя, по чести сказать, всякое случалось…

— Вы о чем?
— Ну, знаете, молодо-зелено… Все мы об эту пору хотим показать, что сами с усами. У-у, не подступись! Вот и мы, бывало…
— Да что же именно?
— Как вам сказать? Не то чтобы мы его огорчить хотели, однако иной раз…

Да вот хоть Николай Николаевич Дубровин, горный инженер, — его еще в молодых летах начальником завода сделали — он тоже очень Ивана Ивановича почитал. И помогал ему много. Только уж больно они разные были. Трудно им было во всем сойтись. Николай Николаевич, знаете, и, как бы это сказать, от Бахуса не отворачивался, и перед прекрасным полом никогда устоять не мог, а Горбачевский — тот совсем другой был.
Вина в рот не брал, ни-ни, да и женщину знал только одну. Ирину Матвеевну, отличную женщину, надо сказать. Да что там! Он даже против охоты выступал. «Это, — говорит, — не нужда и не молодечество, а хищничество, то же убийство…»

— И что же, только поэтому они с Дубровиным расходились?
— Нет, что вы! Разумеется, не только. А… словом, на все вещи по-разному смотрели. Николай Николаевич иной раз просидит у Горбачевского вечер напролет, а после выйдет и засмеется: «Хороший старик, но из ума выжил. В детство впадает. Не может понять, что их время — тю-тю, ищи ветра в поле!»

А то Малков тоже придет к Ивану Ивановичу, Да придет-то пьяней вина…
— Малков — это тот мерзавец, который библиотеку промотал?
— Он самый. Придет и начнет с порога. Что, мол, вы там такое совершили, чтобы вас помнить и уважать? Вы, скажет, только погрозились, а как на вас прикрикнули, вы и пошли себе в Сибирь тихомолком. Разве таковы настоящие либералы?.. Ну, на Малкова Иван Иванович даже и обиды пе тратил, он его насквозь видел. А вот Един его огорчал, и очень огорчал…

— Един? Я о нем никогда не слыхал!
— В самом деле? А я думал, что уж рассказывал вам про него. О, это совсем другое! Бедного Илью Степановича Горбачевский больше всех любил. Да и мы тоже…
— Бедного? Почему?
— Так он же помер. Да, да, еще лет десять назад. В Италии. В Пизе, кажется. Воспаление легких, а там, глядь, и чахотка, прескверная штука, я вам скажу…

Это он мне, Кружовникову, говорит!
— …Словом, Илью Степановича Горбачевский из всех нас выделял. Даже поговаривали, будто Елин сын его незаконный был, только я-то верно знаю, что нет. Воспитанник — да, был. Иван Иванович его сам и в иркутскую гимназию подготовил, в четвертый класс. Потом уж Илья Степанович и в Москву уехал, в университет, по медицинской части пошел — наше горнозаводское ведомство его на пенсион определило. А там, вообразите, стал ассистентом у самого Боткина, только в Москве все-таки не остался, воротился сюда. К родным, если так выразиться, пенатам. И в заводском лазарете служил, с мужиками да с каторжными возился. Разве не благородно?

— Но ведь и вы же, Харлампий Романович, сюда вернулись.
— Ну, я… Я выше Нерчинска не летал и дальше Иркутска не метил, а покойный Илья… Но я отвлекся. Простите великодушно.


в библиотеке в доме Горбачевского

Они с Горбачевским души один в другом не чаяли, однако, если уж дело до политики доходило, в Илью точно черт вселялся. Ваше, скажет, восстание не только было бесполезно, а и вредно. Да, да! Вы России один вред принесли!..
— Даже так?
— Вообразите! Если бы, говорит, вы Николая не напугали, он бы непременно реформы провел. Он бы крепостное право отменил, а вы мало того, что на него на всю его жизнь нагнали страху перед любой переменой, вы, говорит, заставили его вашу кровь пролить, а уж после этого царю пришлось жестокую роль доигрывать…

Бывало, и соберешься, и слова даже найдешь, но как Илья пойдет метать молнии… Только вы, может быть, подумали, что мы Ивана Ивановича не любили? Мы его очень любили. Чуть не молились. И он к нам был добр, особенно, конечно, к Елину…


У Максимова в его «Сибири и каторге» вычитал вещь удивительную.
Горбачевский, говорит он, имел следующее обыкновение: «…выстраивал домик, высматривал добродетельного и стоющего из ссыльных, выходивших на пропитание, брал его к себе (иногда двух и трех вместе) под видом личных услуг, но, собственно, на воспитание. Если последние задавались, опыт был удачен, Иван Иванович, убедившись в честных правилах поселенца, передавал ему домик в собственность, сам для себя строил другой, третий, до десятого; эту десятую хатку на наш приезд в январе 1861 года он приготовил также для исправившихся ссыльных».

Кому из знавших Горбачевского или хоть наслышанных о нем ни прочту, все — в смех:
— Иван Иванович? Десять домов? Помилуйте, у него копейки за душой не было!

Отсмеявшись, однако, объясняют, что это роскошное древо произросло из махонького, но, по крайней мере, настоящего зернышка.

Вот что было: Горбачевский, когда бывал не вовсе безденежным, брал к себе какого-нибудь ссыльнокаторжного, платил за него в казну, сколько тому полагалось по данному ему уроку выработать в год, и приучал его, обычно развращенного воровским привольем, к труду. Отговаривал пить хамло — водку, по-ихнему. Кормил.

Это делал нищий. Из последнего делал, от щедрого сердца, а не от набитого кармана

Опять разговор с Алексеевым. Рассказ его о том, что помнит и что слыхал — от самого Ивана Ивановича и от других: как Горбачевский, надеясь выбиться из нужды и стать даже вполне деловым человеком, брался то за одно, то за другое, пробовал торговать сеном, взял было подряд на перевозку бревен и камня, мельничал, и все без проку, все в убыток.

Сам изумлялся и приходил в отчаяние, иногда — комическое:
— Да что ж это такое? Неужто я такой дурак? Справляются же другие, — вон Раевский Владимир Федосеевич, слышно, по всей Ангаре хлебную торговлю завел, а я? Нет, видно, не наша еда — лимоны…

Такая, говорит Алексеев, была у него присказка.

Случилось время, Иван Иванович оживился, затеяв мыловарню. Строил планы один другого прибыльнее, озабоченно толковал, что вот за осиновую золу дерут немилосердно, радовался, что зато сала удалось прикупить с выгодой, но время шло, а дело стояло. То не мог сыскать мыловара, то легкомысленный компаньон проторговался — кончилось это предприятие снова ничем и, хуже того, убытком в две тысячи.
— Лопнуло как мыльный пузырь, — нашел бодрости для каламбура Горбачевский.
Ко всему умер компаньон, а без него, какого-никакого, он дела продолжить не умел.

_________________
Разыскиваю забайкальских Добрыниных, особенно связанных корнями с Петровск-Забайкальском, Хилком и Улан-Уде


Последний раз редактировалось: taiohara (Ср Ноя 24, 2010 10:23 pm), всего редактировалось 1 раз
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить E-Mail
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов Предыстория -> Историко-культурологический форум Часовой пояс: GMT + 3
На страницу Пред.  
1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16  След.
Страница 4 из 16

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах
Вы не можете добавлять приложения в этом форуме
Вы можете скачивать файлы в этом форуме
Главная | Статьи | Форум | Темы | Галерея | Вопросы и ответы | Библиотека | Рекомендовать | Обратная связь

Предыстория - общенациональный историко-культурологический сервер
 © 2005—2009 Predistoria.org
Предыстория.орг
© Денис Григорьев
Все права на материалы принадлежат их авторам (владельцам) и сетевым изданиям, с которых они взяты.

Рейтинг@Mail.ru
Генерация страницы: 0.044 сек. и 17 запросов к базе данных за 0.004 сек.